календарные и некалендарные зарубки Арлекина

уходят предостережения,
саднит эфир.
те, кто не помнят поражения,
теряют мир.
а помнить - больно, помнить - тягостно...
но без того -
игра, в которой шашки связаны
"законом Го":
и снова платье сшито новое
для короля.
толпа же - просто бестолковая,
а он...
а я?

ошибся, герой случайный,
ошибся... увы, вторично.
хранить не заботясь тайны,
ошибся. и взят с поличным...
ошибся. и взят под стражу
бессилия... как калека...
и снова томишься жаждой,
а мог бы - купаться в реках...

глубоко пряча личное,
оставлять показное -
носим маски отличные,
примиряясь с виною.
плятье, шляпа в бубенчиках
и иной реквизит...
венчаны иль развенчаны -
разобрать лишь вблизи.
ну а вблизь - расстояние
неусыпно держи,
и построит внимание
вкруг тебя миражи...
чтож, по сменам бесчисленным
мы с тобой мастера,
и конечно, бессмысленной
та не будет игра.
но опасность - как полынья -
так проста-не-проста:
коль не снимешь ты вовремя,
маску - будет врастать.
и врастают, неснятые, -
вглубь, под кожу,.. в сердца,
и потом уже латы
те - не снимешь с лица.
...
мы-то помним опасности?
нам бояться ль? да нет...
оставляем для ясности
каждый раз новый след...

Лечь под утро,
чтоб сон свой успеть поймать
и считать с нотного листа.
Он кому-то
приснится ещё, быть может,
такой же совсем, до дрожи -
разве можно
его пропустить?.. Впервой ли
ступать по канату боли
тонкой кожей
ступней - кто скажет, что грубых? -
нежней, чем у многих губы...

Беспощадный
будильник - прыжок с моста,
но совесть его чиста.
Утро - ладно!
Но сон улетает прочь,
а меж нами - проснулась ночь.
И только
звонков телефонных ритм
будоражит: себе не ври!
На дольки
ломаем как мандарин:
не гори, не пожарь внутри!
Безобидный костёр
разве лишь разжечь,
или вовсе - свеча и печь.
А пожар - это вор:
сберечь свою волю -
рвануться за рамки роли.

- Сумасшедший Актёр,
восходить не спеши
на костёр - там, в дыму, ни души!..
- ...Кто-то в памяти стёр
моей важное что-то...
Я только найду эти ноты,
чтоб хотя бы
под утро свой сон поймать -
ты умеешь читать с листа? -
накорябаю
пауз на нотном стане -
сегодня мы петь не станем.

я не держу твоё Сердце в руках, но ощущаю на кончиках пальцев, как Оно пульсирует - страх не потерять даже, а потеряться.
сколько потерь нам с тобой суждено - счёт не веду. ни к чему математика там, где горячее бьётся Оно, даже когда нам прописана статика.
в этой системе статических тел скрытой пружиной взрезается спящее: всё, чего ты в этой жизни хотел, - вдруг достижимое и настоящее.
я твое Сердце в руках..? никогда! я - просто рядом, на том расстоянии, где не оставят обиды следа, где понимание за расставанием,
где... отчего-то ладошки мои Сердце твоё называет своими, а на губах замирает любви непрозвучавшее нежное имя.

Я сыграю ещё сюжет:
Одиночество неглиже.
Ведь нанизывая драже
Шоколадною ниткой бус,
Нам сместили акцент уже -
С любования на искус.

Видишь: уксус стекает с щёк...
Я скажу и не то ещё.
И слова полетят пращой -
Кто её запустил? Не я!
Чей-то злой и слепой расчёт.
Боль - моя уже, не ничья.

Видишь: грим, что уже не смыть,
Что уже отравил умы,
Стоит выпасть из кутерьмы,
Что стремится застать врасплох,
Чтоб понять, как устали мы,
И какое усталость зло.

Исподволь оно, исподволь,
Этот тёмный волшебный тролль.
Всемогущий он как король -
Волен миловать и казнить...
Кто сыграет такую роль,
Чтоб остаться как он - в тени?

Но секреты его просты:
Серость кошек из темноты,
Серость слякоти, суеты...
Так и правит наш кардинал,
Так и верим: то я, то ты,
Что тяжёлый был день - устал...

И уставши до смерти, в ноль,
Когда в сердце одно "Доколь?!",
Изрубить поперёк и вдоль -
Очень просто - он жил, как мог.

...Я сыграю такую роль.
Ну а в жизни - Помилуй, Бог!

Что там было? Гости? Пьянка?
Кажется, я, братцы, влип.
Разбудили спозаранку
И в участок привели.
Вроде б, я в ладах с законом...
Обожгло как кипятком:

- Вы с гражданкой Эн знакомы?

- Я с гражданкой Эн?.. Знаком!
Что с ней?

- Прикурить хотите?
Нужен нам ее портрет.
Полный список напишите
Отличительных примет.
Так - хотите сигарету?..

- Полный список?! Что за бред?!

- Есть особые приметы?

- ВСЕ!.. Особых - будто нет...
(Каждый жест - неповторимый,
Каждый взгляд - мольба на холст!
Нет таких примет любимой,
Чтоб... ответить на вопрос.)

- Значит, просто опишите!

- Разве ж подобрать слова?
И... пожалуйста, скажите,
Что же с ней? Она жива?

...На столе бумага, ручка,
Пачка крепких сигарет...
Описать!.. Затяжка... Лучше
Нарисую вам портрет:

Силуэт... легко, прозрачно,
Без нажима карандаш -
Если чётче обозначу...
Я и так впадаю в раж!

Где граница: пламень - стужа?
Под пером - разлёт бровей.
Черновик душе не нужен,
Коль священник нужен ей...

Глаз разрез зачем-то-тушью,
А вокруг кладём пастель...
Белоснежная подушка.
Разорённая постель...
Всё как было, как - бывало...
Что с ней - стало?!
...Рисовать!
Разлюбила? Нет - устала!
Завернулась в одеяло,
Спит...
Пишу. Мазок - слова...

...Штрих последний - белым мелом -
Не примета - нагота:
След на теле загорелом
От нательного креста.

1 коГтября

Когда котябрь наточит коготки,
Содрав со стен и с сердца драпировку,
И будет выцарапывать куски -
От скуки, чтобы не терять сноровки -
Вот тут ты так захочешь перед ним
Наполнить блюдце свежею сметаной!..

Но наш котябрь как злостный аноним -
Сметану ест, но хищник неустанный.
И где уж там втесался лишний звук?
Но когтябрится наш котябрь домашний.
Царапины с моих не сходят рук -
Воспоминанья об игре вчерашней,
Вчерашней и сегодняшней игре.
Сегодня, видишь, новая царапка...

Зато стихов напишется тетрадка
О ласково-разбойном когтябре.

28 октября

Преступно расточительны мы с вами:
Горим себе... Сгораем без борьбы,
Как будто бы мы созданы дровами.

Лишь Буратино избежал судьбы.
Один разумный мальчик Буратино,
Не хочет в печь - в золу и дым, в костёр,
Останется - пусть с носом очень длинным,
Зато здоров, и весел, и остёр.
Он хочет жить, как вы хотите греться.
Он хочет жить, гореть - удел людской...

Прекрасные у папы Карло сердце
И руки, что строгают так легко.

25 октября

Октябрь уже не плачет. Он застыл,
С берез давно обсыпал позолоту.
Лишь только клён последние листы
Хранит, как будто ждёт ещё чего-то.
Как будто ждёт, что повернётся вспять
Остывшая земля обратно в лето,
И в нём весь мир признает короля
В короне ярко-солнечного цвета.
А ночью, под покровом темноты
Уже не в силах греть больные руки,
Он понимает...

...Солнце - это ты.
И, кажется, не вынести разлуки.

24 октября

Ни тронуть, ни от сердца оторвать -
Привычка, что уже осточертела.
И остаются разве что слова,
Чтоб удержать себя от беспредела.

Кто б думал, что у них такая власть!
И что б не дать обет молчанья, зная?
А то себя кидаем зверю в пасть,
А там всего лишь комната иная.
И в комнате сидит на троне хан,
Вершит дела, и суд вершит попутно.
А ты ему - не больше чем бархан
Среди его владений сухопутных,
Ведь ты ему - не визирь, не слуга,
И он не знает главного секрета:
В себе находим друга и врага,
А в вечность путь дают одни поэты.

22 октября

Хозяйка, я присяду в уголке?
И подожду... И погляжу пока
На пламя свечки, что в твоей руке,
И как свечой во тьме сама рука...

Свечой рука, а взгляд - ещё теплей,
Углём волшебным чёрные зрачки -
Средь тлеющих сгорающих углей
Они - и печь, и лампа, и врачи...

Согретый путник дремлет в уголке,
И сказка ему - самый лучший плед...
А пламя свечки, что в её руке -
Лишь отсвет. Вот сама Хозяйка - Свет.

21 октября

Маленькая Разбойница.

И странный сон приснился Атаманше:
Как будто бы олень, давно пропавший,
Не просто дерзкий совершил побег,
А нёс на север девочку за братом,
Перед собой и миром виноватым -
Спасти его... от вечности на век.

И оживало странное желанье:
Помочь! И отпустить их утром ранним
На холод, в даль неведомую, в лёд.
Зачем-то надо им. Зачем-то надо
Не просто снисхожденья и пощады,
А в путь, бежать, спасать... Кто их поймёт?

Ей снились слёзы. Будто эти слёзы
В ней разбудили сказкою про розы,
Про мальчика в санях, что звали Кай,
Всех снегом закидавшего и болью...

Проснулась. Губы мокры, привкус соли,
Ладонью вверх раскрытая рука...
Проснулась и впервые испугалась,
Что знает... помнит, что такое жалость!
И - не вернуть в реальность беглецов,
Кому она сама открыла дверцу,
Тем самым навсегда оставив в сердце...
Но в зеркале - разбойничье лицо.

19 октября

К нему ли, к небесам ли - изнутри
Вытягивая в струны душу, тело,
Ты песней о несбыточном летела,
Тяжёлым камнем в зеркало витрин.
И билось в брызги глупое стекло,
И крылья кровоточили, и руки,
И в песне зазвучал мотив разлуки,
Но ты шептала: "Как мне повезло!
Я ближе, ближе! Остаётся шаг!"
Но не всегда найти для шага силы:
Оставили - Здоровье, Друг и Милый.
Но ты шептала "Я себе не враг!
Я всё смогу, мне это не впервой!"
А осень листья жёлтые роняла,
Как тёплое цветное покрывало
Над жухлою раскисшею травой.
И до зимы остались выдох-вдох,
И дождь нарисовал на лицах слёзы.
А ты - босая в первые морозы,
Поверив в то, что не оставит Бог,
Что Он не даст спустить на тормозах,
Что сердцу - на лету не разорваться...
Быть может, так и будет! Может статься...
Ведь так - в твоих написано глазах.

17 октября

Это просто туман
Твою душу укутал сомненьем:
Одурманил без меры,
Будто зло обкурил анашой,
Ведь поверить в обман -
Это тоже порой преступленье,
Горький грех перед верой,
И своею (своею!) душой...

Ну подумай сама!
Не плыви по теченью!
Ведь слова - будто птицы:
Вернуть не сумеешь уже!
Это просто туман
Твою душу укутал сомненьем:
Видишь маски на лицах,
А сама - ниглиже...

А сама - голышом,
Наготы не чураясь,
Будто знаешь ей цену,
Вернее бесценность её,
Знаешь так хорошо,
Что - вернёшься на сцену,
И - от края до края,
Оставив ей сердце своё.

16 октября

Причудливо... мой образ интригана
Затейливо в стихах запечатлеть -
Да, монитор верней телеэкрана
Даёт на пробу пряник или плеть.
Всему виною - воодушевленье
С привычкой на себя прикинуть роль,
Не зря же лицедейство - преступленье,
Ведь лицедей - и нищий, и король,
Ведь образ - это самое простое,
Что можно переделать на заказ!
Он подрывает самые устои,
Незыблемость раскачивает враз!
И вот, меня назвали интриганом.
Ну что ж, и в этой роли - нет греха!

...Вот только, вторя автору стиха,
"Как больно, милая, как странно"...

13 октября

Вот так: то нищий, в платье облачённый,
То лебедь с окровавленным крылом,
То вовсе обезумевший учёный...
И все - как экспонаты за стеклом.
И ходим мы по выставке-продаже,
Где куклы выразительностью поз
Способны впечатлять зевак, и даже
У чутких спровоцировать невроз.

То - куклы или наше отраженье?
Марионетки? Или это... мы,
Мы сами, а не плод воображенья,
Вернувшего нас в осень из зимы?
Как эту... душу в тоненькой тряпице
Заставить танцевать иль говорить?
И где те нитки, что на этих лицах
Улыбкой управляют изнутри?
Тебе ли, Мастер, поручить поклоны
Учтивые или беспечный вздор,
Которым люди заглушают стоны,
Чтоб только не кончался разговор?

Но разговор - о чём? Послушай, Мастер,
Ведь ты всесилен, всё в твоих руках!
Ты их способен разорвать на части,
Способен - дать качаться в облаках.
Найти недостающее звено
Тебе - пустяк, а им... А им - так много!
Ну дай им право выбирать дорогу,
Чтоб... ошибиться, если суждено?
Ну дай им это право на ошибку
И вслух произносить свои слова?

Тебе тогда, быть может, и улыбки
Нужды не будет краской рисовать.

11 октября

Ну вот, пришла пора писать отписки.
А вам - возможность проявлять терпимость:
Как будто тоник смешиваю с виски,
Зарифмовав себя в необходимость...
Коктейль - смешное вычурное слово,
Не лучше ль, право, было промолчать?
Но вот, покоя не даёт сурово
Большая королевская печать.
Колол орехи - кончились орехи,
А новых... мне неловко попросить,
Ведь я зашёл случайно погостить,
Пора бы прочь... Как только, чтоб без спешки?
Ведь спешка не спасёт меня никак,
Когда придёт вам мысль спустить собак...

10 октября

А память - это чёрточка в душе,
Но только как зарубка - не сотрёшь.
Хотя замазать можно краской "ложь",
Люминисцентной как "прошло уже".
Прошло, конечно! Но рисунок цел,
Лежит поверх листа как трафарет,
Чем гуще краски слой, тем ярче след -
Как бледность проступает на лице.
И ни при чём тут радость или грусть,
Ведь всё прошло: орнамент и клише...
А память - это чёрточка в душе.
Хотя замазать можно краской "пусть".

9 октября

Отложили время казни -
Что же делать, подождём!
И устроим себе праздник
Под октябрьским дождём.
Будем пить и веселиться -
Вместо ярмарки хоть так.
Ведь вокруг такие лица:
Тот - мошенник, тот - дурак,
Третий - вовсе как безумный,
Но как слился со средой!
В этом гаме пьяно-шумном
Каждый мнит себя звездой.

В чём провинен этот грешник -
Так ли важно? Да ничуть!
Невиновного, конечно,
Провожаем в долгий путь.
Кто же знает?.. Праздник ныне!
Хоть такой: топор да плеть...

Если ж он совсем невинен,
Так ведь... в рай - чего жалеть?!

8 октября

И ещё один слетит листок,
И опять в твоей душе не то:
То ли лишний надоел замок,
То ли просто не зашёл никто.
Что он значил, этот жёлтый лист?
Взгляд за ним с ветвей сорвался вниз:
Осень нам танцует вальс и твист,
И на миг короткий он - солист.
Он солист, но соло без лица,
Он не первый, и не до конца,
И вокруг таких же пруд пруди,
Можно ль место выделить в груди,
Чтоб запомнить миг, где он один,
Сам себе слуга и господин?
Ни цепи, ни привязи - лети!
Твой полёт - как вечность впереди!

Я же... запахну своё пальто.
Но опять в душе моей не то:
То ли лишний надоел замок,
То ли просто не зашёл никто.

7 октября

Глаза не плачут. Только сердце плачет.
Корнями боли сердце проросло.
- Скажите, а бывает ли иначе?
- Бывает. Если вам не повезло.

4 октября

А стихи мои старые - лучше.
Эти - правильней, вроде, но суше,
И в них очень немного меня.
А тогда я в них - чистую душу
И - огня, будто в пунш, и - огня!..

Как же выжило сердце в процессе?
Ведь когда ты прозрачен и честен,
Не пугает ни боль, ни позор -
И... нельзя отказать в интересе
Посторонним - метнуть помидор.

И - метали. Не осени слякоть,
А его чуть подгнившая мякоть...
Не отсюда ли клетки трико?
Если ты научился не плакать,
Научиться смеяться - легко?

Но... стихи мои старые - лучше.
Эти - правильней, вроде, но суше,
И в них очень немного меня.
А тогда я в них - чистую душу
И - огня, будто в пунш, и - огня!..

3 октября

Золотая осень. Осень золотая. Как иголки с сосен, боль - не облетает.
А кружатся листья нежности, и злато зрелости. И лисья шкурка - тоже плата.
Шкурка меховая в золоте осеннем - ты ещё живая только на мгновенье:
На прицеле шкурка, скоро выстрел грянет. Смерть играет в жмурки на лесной поляне...
Месяц оставался до зимы. Но кто-то, видно, ошибался.
Добрая охота!

1 октября

Что-нибудь тёплое, доброе что-нибудь,
Чтобы разгладить лоб,
Чтоб немножко, чуть-чуть, но светлее путь,
Радостней он чтоб.
Потому что... просто хорошая
Моя собеседница - хочу улыбнуться ей!
Вы же не думаете, что скажу больше?
А зря! Я же о красоте,
О красоте той, что лучиком
Изнутри,
О такой, что если хочешь стать лучше -
Смотри!
Тогда ты её незримо
В сердце своё возьмёшь,
Хотя другие - пройдут мимо,
В дождь,
Туда, где каждое мгновенье
Черно...

А для тебя и дождь осенний -
Грибной.
И в нём обиды для природы
Нет.
Ты - не заложница погоды,
Ты - свет.

29 сентября

Надо ж такому приключиться:
Под облетающей ракитой
Птицу кормить с руки, птицу,
Держать её на ладони раскрытой,
Смотреть, как тонкие цепкие лапки
Перебирают твою кожу,
А клювик на миг невозможно краткий
Её целует... Так похоже,
Что кто-то сверху своей улыбкой
Или даже своей любовью
В прошлое отпускает ошибки,
Разглаживает морщинки над бровью...
Может быть, это ещё повторится,
Может, и нет. Только я знаю:
Было! Кормила с руки птицу,
Вольную, будто она ручная...

( Под катом то, что вдохновило меня на эту зарубку )

28 сентября

Нынче небо чистое:
В отраженьи в лужицах
Беспрерывно кружится
Сине-золотистое...
Сине золотистое,
Будто и не плакало...
Нежно осень сцапала
Лапкою когтистою.
Глянешь: киска резвая,
Бантик на веревочке,
Коготки-иголочки,
Острые как лезвия,
В мышку небумажную
Так шутя вонзаются...
Влажным следом тянется
Уходяще-важное...
То ли от усталости
Мы самонадеяны?
След в листве потерянный -
Мало ли там алости?
Капли - незаметные
В листопада крошеве;
Самые хорошие
Чувства - безответные...

Но зато неистово,
Беспрерывно кружится
В отраженьи в лужицах
Сине-золотистое
Небо - звонко-чистое,
Будто и не плакало...
Нежно осень сцапала
Лапкою когтистою.

27 сентября

Кто любит сушу - почему он так стремится в море?
Кто любит радость - почему он в сердце носит горе?
Кто любит детство - почему он старится так рано?
А странно в этом только то,.. что даже и не странно.

27 сентября

В глазах твоей дочери небо встречается с морем:
И блики, и штормы, закатного Солнца дорога,
В них глядя, не хочется думать про мелкое горе,
Гляди в отраженье: в нём - небо! Так много! Так много!
В глазах твоей дочери море встречается с небом,
И соль темноты растворяется в сини холодной.
Жаль только, не пить эту взвесь океанную... Мне бы
Запомнить, не больше, тот взгляд как маяк всепогодный...

В глазах твоей дочери то, что любовью зовётся.
А дальше - зови хоть мечтой, хоть легендой, хоть... эхом...
Да, эхом! Ведь если сейчас вдруг она рассмеётся,
Весь мир зазвенит этим чистым заливистым смехом.

26 сентября

Осенило осеннею сенью,
По холсту разметало мазками:
То ли рифмы для стихотворенья,
То ли прикосновенья руками,
То ли нити - плести кружевами,
То ли листья - ложиться ковром...

Мне б еще побеседовать с вами!
Только всё прогорает костром:
Листья, кружево, даже и тело,
Что упрятало ересь и боль...
Инквизиция - страшное дело,
Сумасшествие - страшная роль.

25 сентября

Смотри в глаза, не на поверхность, глубже,
Сквозь сигаретный дым, стекло очков,
Сквозь страх, что там - ты никому не нужен.
Ведь это - только зеркало зрачков.
Пусть в них ты - будто одинокий леший,
Пусть пахнет воздух выжженой травой,
Но горький взгляд их, неостекленевший,
Одно подскажет: всё-таки - живой.
Живой. Хотя над головою кружат
Стервятники - сегодня день не их!
Смотри в глаза, не на поверхность, глубже -
Что в них?.. Ещё один короткий стих.

24 сентября

А дверь откроется сама,
Лишь только не пройти бы мимо.
Ведь все мы заняты, вестимо:
Работа, странствия, роман -
Всё на бегу, всё второпях
И от порога до порога.
Когда не вспоминают Бога,
Кто будет помнить о дверях?

И всё ж, откроется сама,
Когда измученный, усталый,
Ты к ней качнёшься, как к причалу,
Покинув прочие дома,
Где разбазаривал часы,
Транжирил молодость и силу,
Где сам себе ты был не милый,
Но брёл и брёл вдоль полосы,
Страшась её перешагнуть
И сбросить груз пустых метаний.
Быть может, не хватило знаний?
Скорее - веры в светлый путь...

Но дверь - откроется сама.
Увы, порою поздно слишком
Попросит сердце передышку,
И глянешь - впереди зима.
И снегом выстлана дорога,
И в отраженьи - седина,
И мысль пульсирует одна:
Как много белого! Как много!..
И след - как по бумаге стержнем
Чертил бессмысленно в бреду.
По тем следам опять найду
Себя - стареющим, но прежним.

Спасибо, добрая зима!
Ведь возраст - это ли потеря?
Стою перед своею дверью...
А дверь - откроется сама.

23 сентября

Бесконечна людская небрежность,
В одночасье потери растут:
То покой растеряли, то нежность,
То забыли прикрыть наготу.
И порою грустим о потерях,
А порой - и не помним о них.
И душа... как записка под дверью,
А на ней - нацарапанный стих.

22 сентября

Снова солнце! И верить не хочется
В нарисованное одиночество.
Будто солнечным ластиком стёрли его в одночасье.
А взамен - листопадное крошево -
Самоцветы и злато задёшево,
Из которых так просто мозаикой выложить счастье.

Ненадолго. Задуют ветра,
И однажды проснёшься с утра,
А картинки мозаичной век обрывается вьюгою...
Но на белой странице опять,
Буду счастье своё рисовать,
То, где встретились двое однажды и любят друг друга.

20 сентября

На раз-два-три, раз-два-три учатся люди летать.
Летать по паркету, гонимые ветром внутри.
Пускай за стеною бесчинства, час пик, суета...
А им - тонкий стан, чёткий ритм, лёгкий шаг, раз-два-три.

За стенкою листья кружат, как велит листопад:
То ветер их сдёрнет, то острые капли дождя.
А им можно всё! Всемогущи! Вперед иль назад -
Лишь только бы в ритм раз-два-три попадать, уходя.

Но только вот им разлететься как листьям нельзя.
И вальс не допустит потери партнера никак -
Танцуй и танцуй - ты привязан - такая стезя...
А там, за стеною, кому же ты нужен, чудак?

И люди танцуют... Ты хочешь постичь волшебство?
Смотри не на ноги, осанка - не вне, а внутри,
И если откажешься ради неё от всего,
И только тогда - в добрый час! Ты готов? Раз-два-три...

19 сентября

Качается женское лето на лучике света.
В нём есть восхищенье с надеждою на возвращенье,
И в этом - лишь в этом! - обманчивость странного лета:
Вернуться бы! Ишь ты!..
А так, как мужское почти что.

А зрелость не знает обмана, души не ломает,
В ней всё полноценно настолько, что будто бесценно.
Не знаете цену? И что же? Тем будет дороже
Последних мгновений порыв, только цветом осенний!
Качается лето девичье, не зная различий
Меж словом и делом, меж паузой и беспределом,
Пытаясь приличья блюсти и меняя обличье.
Но осень-то рядом - как здесь не утратить наряда?
Ну как не утратить? И сорвано яркое платье.

...А лето мужское зовётся зимой и покоем.
И времени между - как раз, чтоб утратить надежду.
Поэтому осень и плачет - а как же иначе?

18 сентября

Листья берёзы ложатся мозаикой пёстрою -
Силюсь доверчиво эту картинку считать,
Что в ней, как будто изрезанной формами острыми? -
Память о том, что как птицы умеем летать.

Память лежит лоскутками из яркого бархата.
Можно ногою поддеть, оголяя пятно.
Люди по жизни ведь очень серьёзны и заняты:
- Что там? Полёты?.. Хорошее было вино!

Снова в картинку гляжу. И сливаюсь с изнанкою.
Но разрывает тоскою Башметовский альт.
Дворник метлою сметает мозаику яркую,
И остаётся один только тёмный асфальт.

16 сентября

Знаешь, мне это не нравится, не нравится это мне. Люди ведь очень старятся на войне. Но не то даже, чтоб старости я боюсь, просто не хочу, чтоб из жалости. А так - пусть.

Знаешь, уйти полагается, уйти мне пора давно. У очага, случается, греться не суждено. Но не то даже, чтоб холода я боюсь, просто мы с тобою не молоды, чтоб пасть в грусть.

Знаешь, ведь зрелость - как облако: то есть, то как будто нет. То в незнакомом облике, то как потухший свет. И не то страшно, что темноты, в темноте... Просто случилось, что свет - это ты. А я тень.

Знаешь, мне это не нравится, не нравится это мне! Люди ведь очень старятся на войне... Но не то даже, чтоб старости я боюсь, просто не хочу, чтоб из жалости. А так - пусть!

14 сентября

Наверное, возвращаюсь.
...Как путник стучится в дверцу,
Как дождь бьет в стекло и в сердце,
Как даже не лук, праща...
Как будто и неприцельно,
Но только не защититься:
За дверью родные лица,
Но им открывать не велено...

Не велено? Чушь какая!
Там брат мой стоит с сестрою,
Конечно же, я открою!
Конечно, уже впускаю!
Вот только засов не смазан,
Скрипит из последних сил...
Что думать, когда простил?
Не будет никто наказан.
Наполню-ка кружки чаем...

Ты, сердце, совсем устало,
Но биться не перестало,
А большего - я не чаю...

4 сентября

Белое про белую.

Лихорадка -
Почти таблетка,
Как заплатка
На дырку в коже.
Что же,
Похоже,
Стреляли метко.
И пилюля -
Разве поможет?

Вышла пуля
Навылет, навыскок, будто нет,
Только точка -
Кровоточащая - и весь след.
Очи в очи -
Очки ли, маска - не скроют взгляд.
Но заплатка -
Мокрая вся от крови и слёз -
Дождь ли это, иль листопад?..
Лихорадка.
И всё всерьёз.

Добрый доктор
Ампутирует по кускам.
Око в око.
И умирает сам.
У науки
Врачебной - тоже очерчен край,
Его руки
По локоть уже за гранью.
Без упрёка
Отпусти его, не терзай -
Око в око,
Глаза в глаза -
Осень глядится ранняя.

2 сентября

Наступающей осени
Колокольчик серебряный.
Ну а мы, друг мой преданный,
Мы - как будто потеряны
Между синью и просинью,
Меж листвою желтеющей,
Меж фанатиков пламенных
И меж в Бога неверящих.
Мы - как будто оторваны,
Без герба и без знамени,
Листопад во все стороны
Перевёрнутым пламенем.
Ну а мы, друг мой преданный,
Летом брошены, преданы -
Не со зла, по обычаю...
Будем в осени дичью,
Будем в осени эхом
Отзвучавшего смеха.

31 августа

Досадно? Забавно! Хотя и не ново.
Слов много. О главном вот только - ни слова,
О том неземном, чем колотится сердце,
Ни слова! Темно как в душе иноверца...
Но стоит навстречу раскрыть свои руки -
И льются как реки волшебные звуки.
И стоит к тебе потянуться навстречу -
И льются как реки... ненужные речи.

26 августа
Предосеннее

Никто не виноват.
Но разве в этом дело?
И разве же вина чужая тяготит?
На сердце листопад,
И небо просветлело:
Ведь звёзды - за листвой, листва же - облетит...
Листва же - опадёт,
Как всякая преграда,
Что на пути в тот мир была возведена.
И будет лунный мёд
Сладчайшею наградой -
Тому, кто путь пройдёт, положена она.
Никто не виноват.
Так мы и не итожим!
Не гоним в шею прочь, не раздаём плетей.
Привет или виват -
Морщинками на коже,
Но лица без морщин лишь только у детей.
А юным - не зима,
Но передышка, время
Чтоб только отдохнуть пред новою весной,
Чтобы опять с ума
Сходить до упоенья
И снова пережить страду и летний зной.

Никто не виноват.
Подумать - так и легче!
Всего лишь вопреки, но, право, не на зло!
Как будто бы закат
Накинул мне на плечи
Тяжёлый плотный плащ, чтобы сберечь тепло.

24 августа

Числа

Им скушно быть,
Они нас не растили,
И слёзы им не разъедали глаз.
Они себя превозносили в стилях,
Одёжку выставляя напоказ,
А что за той одёжкой? Кто прикинет?
Лишь новый слой, как новая игра:
Расчётливо-бесстыжее бикини,
И бронзовый вокруг него загар...
Им скучно - быть,
И лень - наполнить смыслом,
И горечь им - как будто за стеклом.
Их жизнь разбита на простые числа,
И остаётся составным числом...

Им скучно. Они скукой искалечены,
Ведь им неведом мир, где чисел нет,
Где любят и где верят безупречно,
Как солнце, что без счёта дарит свет.

23 июля

Добрый день, милая, добрый день!
...Ну, пока не настала на дворе ночь
Злая, и ты - добрая: родителям - дочь,
Сыну - матушка, ему - тень.
Тень его, в солнечных ты лучах,
Контурами и оттенками даже
Кажешься иногда горяча,
И не видно почти, что в саже.
В саже золушка, не в золе,
Тенью преданной за любимым.
Только он сидит на игле,
Настоящей игле, не мнимой.
И потом настаёт ночь -
Злая ночь, где тебе нет места,
Ты же - тень! Ты - добрая дочь,
Мать, подруга. Но не невеста,
Не любимая, не жена -
Тень! А тень без солнышка тает.
За его спиною стена,
Разве вспомнит он, что живая?
Разве взгляд из бутылочного стекла
Различит очертания тени?
Добрый день прошёл, а ночь зла,
Слишком сильно её теченье,
Сносит, не переплыть поток,
Это выше сил человека!
...Впрочем, ты бы и это смогла,
Подумаешь - переплыть реку!
Но ночь - выстрел тени в висок...

Страшно. Или уже не страшно.
День закончился - кончится ночь.
Завтрашний день не хуже вчерашнего
Будет, где ты - добрая дочь,
Добрая матушка и подруга...
Больше того! В солнечном свете
Еще и добрая тень.
                 ...Вам друг друга
Не потерять бы - у вас же дети...

22 июля

Твердишь ты, что друг тебя предал, но мне не понять:
Как после того можешь другом его называть?
Ведь если он предал, он просто чужак, и теперь
Не может он числиться в списке бесценных потерь.

Нас всех предавали. Но мстить за ошибки свои
Другим - лишь себе отказать и в друзьях, и в любви.
В тот миг, что допустишь, что друг тебе, может, не друг,
Ты сам, не желая, подсел на безверья иглу.

Нас всех предавали: тебя, и меня, и других,
Но это не значит, что все мы друг другу враги.
Не бойся того, что покинут однажды друзья.
Летят в спину камни. Но всё же - бояться нельзя.

Летят в спину камни, летят - но летят от чужих,
Друзья же - её прикрывают. Поэтому - жив.

19 июля

Что я умею?
Выхватить взглядом
Там, где другие
Мимо пройдут:
Добрую фею,
След звездопада,
Души нагие,
Просто беду.

Выхватить взглядом,
Дрожь пересилить:
Дрожью, что в пальцах,
Боль не унять.
Выбросить в кадр:
Смех и насилье,
Ритмику вальса,
Хвостик у ять -
Буквы за маской
Прошлого века -
Пишет их кто-то
Вновь, как в бреду.
...Брошены краски
В тень человека,
В сон и в работу,
Снова - в беду.

...А на асфальте
Классики мелом -
Девочка в платье
Праздничном, белом.
Радости сколько
В видении дивном!
Плёнка вот только
Была негативной:
Стали отметки
Чёрные - белыми,
Кафеля клетки -
Классики мелом.

Фокус? Призванье?
Выхватить взглядом,
Только - иначе:
Дружбу, вражду,
Радость познанья,
Горечь разлада,
И... равнозначья
Просто беду.

Приходит время долгих пауз.
Я здесь живу уже полгода.
Но не всегда мы знаем сразу,
Какая завтра ждёт погода.
Рубеж намеченный остался
Давно за кончиком крыла.
Ну кто однажды не прощался?..

Все на бегу. У всех дела.
А Арлекин... Почти бездельник!
Полгода рифм. Полгода слёз.
Семь дней в неделю понедельник.
Семь дней в неделю всё - всерьёз:
Всерьёз порезы и нарывы,
Всерьёз ушибы и пинки -
Всё это прожито на срыве,
До точки, что в конце строки.
С улыбкой или без улыбки,
Пускаясь в заумь или в пляс.
Все пораженья и ошибки -
В зарубки, плача иль смеясь.

Спасибо вам, мой добрый зритель,
С кем боль делили и досуг!
Вы где-то мне почти Учитель,
Вы где-то мне почти что Друг.
Так провожают птичью стаю -
Вернётся!
          Свидимся ль?
                    Пусть так!
Я ухожу, но не прощаюсь.
Пока что - объявлю антракт.