календарные и некалендарные зарубки Арлекина

24 октября

Ни тронуть, ни от сердца оторвать -
Привычка, что уже осточертела.
И остаются разве что слова,
Чтоб удержать себя от беспредела.

Кто б думал, что у них такая власть!
И что б не дать обет молчанья, зная?
А то себя кидаем зверю в пасть,
А там всего лишь комната иная.
И в комнате сидит на троне хан,
Вершит дела, и суд вершит попутно.
А ты ему - не больше чем бархан
Среди его владений сухопутных,
Ведь ты ему - не визирь, не слуга,
И он не знает главного секрета:
В себе находим друга и врага,
А в вечность путь дают одни поэты.

22 октября

Хозяйка, я присяду в уголке?
И подожду... И погляжу пока
На пламя свечки, что в твоей руке,
И как свечой во тьме сама рука...

Свечой рука, а взгляд - ещё теплей,
Углём волшебным чёрные зрачки -
Средь тлеющих сгорающих углей
Они - и печь, и лампа, и врачи...

Согретый путник дремлет в уголке,
И сказка ему - самый лучший плед...
А пламя свечки, что в её руке -
Лишь отсвет. Вот сама Хозяйка - Свет.

19 октября

К нему ли, к небесам ли - изнутри
Вытягивая в струны душу, тело,
Ты песней о несбыточном летела,
Тяжёлым камнем в зеркало витрин.
И билось в брызги глупое стекло,
И крылья кровоточили, и руки,
И в песне зазвучал мотив разлуки,
Но ты шептала: "Как мне повезло!
Я ближе, ближе! Остаётся шаг!"
Но не всегда найти для шага силы:
Оставили - Здоровье, Друг и Милый.
Но ты шептала "Я себе не враг!
Я всё смогу, мне это не впервой!"
А осень листья жёлтые роняла,
Как тёплое цветное покрывало
Над жухлою раскисшею травой.
И до зимы остались выдох-вдох,
И дождь нарисовал на лицах слёзы.
А ты - босая в первые морозы,
Поверив в то, что не оставит Бог,
Что Он не даст спустить на тормозах,
Что сердцу - на лету не разорваться...
Быть может, так и будет! Может статься...
Ведь так - в твоих написано глазах.

17 октября

Это просто туман
Твою душу укутал сомненьем:
Одурманил без меры,
Будто зло обкурил анашой,
Ведь поверить в обман -
Это тоже порой преступленье,
Горький грех перед верой,
И своею (своею!) душой...

Ну подумай сама!
Не плыви по теченью!
Ведь слова - будто птицы:
Вернуть не сумеешь уже!
Это просто туман
Твою душу укутал сомненьем:
Видишь маски на лицах,
А сама - ниглиже...

А сама - голышом,
Наготы не чураясь,
Будто знаешь ей цену,
Вернее бесценность её,
Знаешь так хорошо,
Что - вернёшься на сцену,
И - от края до края,
Оставив ей сердце своё.

11 октября

Ну вот, пришла пора писать отписки.
А вам - возможность проявлять терпимость:
Как будто тоник смешиваю с виски,
Зарифмовав себя в необходимость...
Коктейль - смешное вычурное слово,
Не лучше ль, право, было промолчать?
Но вот, покоя не даёт сурово
Большая королевская печать.
Колол орехи - кончились орехи,
А новых... мне неловко попросить,
Ведь я зашёл случайно погостить,
Пора бы прочь... Как только, чтоб без спешки?
Ведь спешка не спасёт меня никак,
Когда придёт вам мысль спустить собак...

10 октября

А память - это чёрточка в душе,
Но только как зарубка - не сотрёшь.
Хотя замазать можно краской "ложь",
Люминисцентной как "прошло уже".
Прошло, конечно! Но рисунок цел,
Лежит поверх листа как трафарет,
Чем гуще краски слой, тем ярче след -
Как бледность проступает на лице.
И ни при чём тут радость или грусть,
Ведь всё прошло: орнамент и клише...
А память - это чёрточка в душе.
Хотя замазать можно краской "пусть".

9 октября

Отложили время казни -
Что же делать, подождём!
И устроим себе праздник
Под октябрьским дождём.
Будем пить и веселиться -
Вместо ярмарки хоть так.
Ведь вокруг такие лица:
Тот - мошенник, тот - дурак,
Третий - вовсе как безумный,
Но как слился со средой!
В этом гаме пьяно-шумном
Каждый мнит себя звездой.

В чём провинен этот грешник -
Так ли важно? Да ничуть!
Невиновного, конечно,
Провожаем в долгий путь.
Кто же знает?.. Праздник ныне!
Хоть такой: топор да плеть...

Если ж он совсем невинен,
Так ведь... в рай - чего жалеть?!

8 октября

И ещё один слетит листок,
И опять в твоей душе не то:
То ли лишний надоел замок,
То ли просто не зашёл никто.
Что он значил, этот жёлтый лист?
Взгляд за ним с ветвей сорвался вниз:
Осень нам танцует вальс и твист,
И на миг короткий он - солист.
Он солист, но соло без лица,
Он не первый, и не до конца,
И вокруг таких же пруд пруди,
Можно ль место выделить в груди,
Чтоб запомнить миг, где он один,
Сам себе слуга и господин?
Ни цепи, ни привязи - лети!
Твой полёт - как вечность впереди!

Я же... запахну своё пальто.
Но опять в душе моей не то:
То ли лишний надоел замок,
То ли просто не зашёл никто.

7 октября

Глаза не плачут. Только сердце плачет.
Корнями боли сердце проросло.
- Скажите, а бывает ли иначе?
- Бывает. Если вам не повезло.

1 октября

Что-нибудь тёплое, доброе что-нибудь,
Чтобы разгладить лоб,
Чтоб немножко, чуть-чуть, но светлее путь,
Радостней он чтоб.
Потому что... просто хорошая
Моя собеседница - хочу улыбнуться ей!
Вы же не думаете, что скажу больше?
А зря! Я же о красоте,
О красоте той, что лучиком
Изнутри,
О такой, что если хочешь стать лучше -
Смотри!
Тогда ты её незримо
В сердце своё возьмёшь,
Хотя другие - пройдут мимо,
В дождь,
Туда, где каждое мгновенье
Черно...

А для тебя и дождь осенний -
Грибной.
И в нём обиды для природы
Нет.
Ты - не заложница погоды,
Ты - свет.

29 сентября

Надо ж такому приключиться:
Под облетающей ракитой
Птицу кормить с руки, птицу,
Держать её на ладони раскрытой,
Смотреть, как тонкие цепкие лапки
Перебирают твою кожу,
А клювик на миг невозможно краткий
Её целует... Так похоже,
Что кто-то сверху своей улыбкой
Или даже своей любовью
В прошлое отпускает ошибки,
Разглаживает морщинки над бровью...
Может быть, это ещё повторится,
Может, и нет. Только я знаю:
Было! Кормила с руки птицу,
Вольную, будто она ручная...

( Под катом то, что вдохновило меня на эту зарубку )

27 сентября

Кто любит сушу - почему он так стремится в море?
Кто любит радость - почему он в сердце носит горе?
Кто любит детство - почему он старится так рано?
А странно в этом только то,.. что даже и не странно.

27 сентября

В глазах твоей дочери небо встречается с морем:
И блики, и штормы, закатного Солнца дорога,
В них глядя, не хочется думать про мелкое горе,
Гляди в отраженье: в нём - небо! Так много! Так много!
В глазах твоей дочери море встречается с небом,
И соль темноты растворяется в сини холодной.
Жаль только, не пить эту взвесь океанную... Мне бы
Запомнить, не больше, тот взгляд как маяк всепогодный...

В глазах твоей дочери то, что любовью зовётся.
А дальше - зови хоть мечтой, хоть легендой, хоть... эхом...
Да, эхом! Ведь если сейчас вдруг она рассмеётся,
Весь мир зазвенит этим чистым заливистым смехом.

26 сентября

Осенило осеннею сенью,
По холсту разметало мазками:
То ли рифмы для стихотворенья,
То ли прикосновенья руками,
То ли нити - плести кружевами,
То ли листья - ложиться ковром...

Мне б еще побеседовать с вами!
Только всё прогорает костром:
Листья, кружево, даже и тело,
Что упрятало ересь и боль...
Инквизиция - страшное дело,
Сумасшествие - страшная роль.

25 сентября

Смотри в глаза, не на поверхность, глубже,
Сквозь сигаретный дым, стекло очков,
Сквозь страх, что там - ты никому не нужен.
Ведь это - только зеркало зрачков.
Пусть в них ты - будто одинокий леший,
Пусть пахнет воздух выжженой травой,
Но горький взгляд их, неостекленевший,
Одно подскажет: всё-таки - живой.
Живой. Хотя над головою кружат
Стервятники - сегодня день не их!
Смотри в глаза, не на поверхность, глубже -
Что в них?.. Ещё один короткий стих.

24 сентября

А дверь откроется сама,
Лишь только не пройти бы мимо.
Ведь все мы заняты, вестимо:
Работа, странствия, роман -
Всё на бегу, всё второпях
И от порога до порога.
Когда не вспоминают Бога,
Кто будет помнить о дверях?

И всё ж, откроется сама,
Когда измученный, усталый,
Ты к ней качнёшься, как к причалу,
Покинув прочие дома,
Где разбазаривал часы,
Транжирил молодость и силу,
Где сам себе ты был не милый,
Но брёл и брёл вдоль полосы,
Страшась её перешагнуть
И сбросить груз пустых метаний.
Быть может, не хватило знаний?
Скорее - веры в светлый путь...

Но дверь - откроется сама.
Увы, порою поздно слишком
Попросит сердце передышку,
И глянешь - впереди зима.
И снегом выстлана дорога,
И в отраженьи - седина,
И мысль пульсирует одна:
Как много белого! Как много!..
И след - как по бумаге стержнем
Чертил бессмысленно в бреду.
По тем следам опять найду
Себя - стареющим, но прежним.

Спасибо, добрая зима!
Ведь возраст - это ли потеря?
Стою перед своею дверью...
А дверь - откроется сама.

23 сентября

Бесконечна людская небрежность,
В одночасье потери растут:
То покой растеряли, то нежность,
То забыли прикрыть наготу.
И порою грустим о потерях,
А порой - и не помним о них.
И душа... как записка под дверью,
А на ней - нацарапанный стих.

20 сентября

На раз-два-три, раз-два-три учатся люди летать.
Летать по паркету, гонимые ветром внутри.
Пускай за стеною бесчинства, час пик, суета...
А им - тонкий стан, чёткий ритм, лёгкий шаг, раз-два-три.

За стенкою листья кружат, как велит листопад:
То ветер их сдёрнет, то острые капли дождя.
А им можно всё! Всемогущи! Вперед иль назад -
Лишь только бы в ритм раз-два-три попадать, уходя.

Но только вот им разлететься как листьям нельзя.
И вальс не допустит потери партнера никак -
Танцуй и танцуй - ты привязан - такая стезя...
А там, за стеною, кому же ты нужен, чудак?

И люди танцуют... Ты хочешь постичь волшебство?
Смотри не на ноги, осанка - не вне, а внутри,
И если откажешься ради неё от всего,
И только тогда - в добрый час! Ты готов? Раз-два-три...

19 сентября

Качается женское лето на лучике света.
В нём есть восхищенье с надеждою на возвращенье,
И в этом - лишь в этом! - обманчивость странного лета:
Вернуться бы! Ишь ты!..
А так, как мужское почти что.

А зрелость не знает обмана, души не ломает,
В ней всё полноценно настолько, что будто бесценно.
Не знаете цену? И что же? Тем будет дороже
Последних мгновений порыв, только цветом осенний!
Качается лето девичье, не зная различий
Меж словом и делом, меж паузой и беспределом,
Пытаясь приличья блюсти и меняя обличье.
Но осень-то рядом - как здесь не утратить наряда?
Ну как не утратить? И сорвано яркое платье.

...А лето мужское зовётся зимой и покоем.
И времени между - как раз, чтоб утратить надежду.
Поэтому осень и плачет - а как же иначе?

16 сентября

Знаешь, мне это не нравится, не нравится это мне. Люди ведь очень старятся на войне. Но не то даже, чтоб старости я боюсь, просто не хочу, чтоб из жалости. А так - пусть.

Знаешь, уйти полагается, уйти мне пора давно. У очага, случается, греться не суждено. Но не то даже, чтоб холода я боюсь, просто мы с тобою не молоды, чтоб пасть в грусть.

Знаешь, ведь зрелость - как облако: то есть, то как будто нет. То в незнакомом облике, то как потухший свет. И не то страшно, что темноты, в темноте... Просто случилось, что свет - это ты. А я тень.

Знаешь, мне это не нравится, не нравится это мне! Люди ведь очень старятся на войне... Но не то даже, чтоб старости я боюсь, просто не хочу, чтоб из жалости. А так - пусть!

26 августа
Предосеннее

Никто не виноват.
Но разве в этом дело?
И разве же вина чужая тяготит?
На сердце листопад,
И небо просветлело:
Ведь звёзды - за листвой, листва же - облетит...
Листва же - опадёт,
Как всякая преграда,
Что на пути в тот мир была возведена.
И будет лунный мёд
Сладчайшею наградой -
Тому, кто путь пройдёт, положена она.
Никто не виноват.
Так мы и не итожим!
Не гоним в шею прочь, не раздаём плетей.
Привет или виват -
Морщинками на коже,
Но лица без морщин лишь только у детей.
А юным - не зима,
Но передышка, время
Чтоб только отдохнуть пред новою весной,
Чтобы опять с ума
Сходить до упоенья
И снова пережить страду и летний зной.

Никто не виноват.
Подумать - так и легче!
Всего лишь вопреки, но, право, не на зло!
Как будто бы закат
Накинул мне на плечи
Тяжёлый плотный плащ, чтобы сберечь тепло.

22 июля

Твердишь ты, что друг тебя предал, но мне не понять:
Как после того можешь другом его называть?
Ведь если он предал, он просто чужак, и теперь
Не может он числиться в списке бесценных потерь.

Нас всех предавали. Но мстить за ошибки свои
Другим - лишь себе отказать и в друзьях, и в любви.
В тот миг, что допустишь, что друг тебе, может, не друг,
Ты сам, не желая, подсел на безверья иглу.

Нас всех предавали: тебя, и меня, и других,
Но это не значит, что все мы друг другу враги.
Не бойся того, что покинут однажды друзья.
Летят в спину камни. Но всё же - бояться нельзя.

Летят в спину камни, летят - но летят от чужих,
Друзья же - её прикрывают. Поэтому - жив.

5 июля

Незримое соединить
Возможно, но - незримо тоже.
Как венка под прозрачной кожей -
В ней бьётся право уходить,
Пульсирующей синевой
Она тебя освобождает:
Пока она ещё живая,
И ты - цветущий и живой.
Вдохни в артерии поток,
Но... в никуда, коль нет оттока:
Что Запад, если нет Востока?
И что без Запада Восток?

Что раньше: курица? яйцо?
И всё - в салатник, в мясорубку...
Остались кости и скорлупки,
Как шутка злая мудрецов.
Ты не гадай и не дели,
Земля - не пара полушарий,
Пусть твари - каждая по паре,
Но нам - не покидать Земли!

И жизнь - не вдох, а выдох-вдох.
Не нужно здесь искать подвоха!
Без выдоха не будет вдоха,
Без выдоха не нужен вдох!
А утешение одно:
Пусть жизнь - не вдох, не выдох - тоже.
И... можно вышибить звено,
Но все - поверьте, невозможно!

4 июля

Я в зеркале не узнаю лица.
Черты?
Иль черт отсутствие, безличье?
Мосты - меж танцами и параличем -
Я возвожу и рушу без конца.
Но в зеркале не узнаю лица -

Мои ли эти крупные черты?
Или даны взаймы мне лишь на время?
И как не потеряться между теми,
В кого так верим оба: я и ты,
Чей голос чист, и помыслы чисты?

И страшно ль - потеряться между них?
Иль в этом скрыта высшая нирвана?
И отказаться мягко - слишком странно,
А жёстко - неприлично, даже лихо,
Как будто отказаться от родни...

Нельзя! И без оглядки навожу
Мосты - меж параличем и движеньем,
Победами и пораженьем,
Я ими равнозначно дорожу...
А в зеркале - себя не нахожу,

А в зеркале - фигура и лицо,
Которые - лишь маска Арлекина.
Когда-нибудь её возьму и скину,
Как будто надоевшее кольцо,
Как плащ, что закрывает только спину.

2 июля

Мой этот стих - о Вас.
Не сомневайтесь даже!
Хотя не претендую я совсем на полноту,
Но так хочу хоть раз
Забыть про все пропажи,
Увидеть остальное и заполнить пустоту.
И вот - я вижу Вас!
Какое это счастье,
Что Вас своей пропажей мне назвать не суждено,
Что Вам мои слова
Без боли и без власти,
Что Вам от них не холодно, не страшно, не темно!
Спасибо Вам, на ком
Мой взгляд остановился!
Мне с Вами так легко, без Вас я - разве что черствей:
Не давит в горле ком,
И что бы ни случилось,
Не держат якоря, и не срывает с якорей...

И только на губах
Как будто привкус соли.
Ведь я пою о Вас, но рампы свет слепит глаза -
Быть может, что в словах
Гораздо больше боли,
Чем вкладываю я, чем мне позволено сказать...

30 июня

Неоконченное.

Давно привычкой стало убежденье:
Ответственность с себя снимать нельзя
За каждое нелепое паденье,
Когда упал ты сам или - друзья.
Моя вина, что горечь пораженья,
Что люди обмануть меня смогли,
Что вдруг случилось головокруженье
И сорвало с крутящейся земли.
Земля - кружится, карусель - игрушка.
С игрушкою - расстаться не впервой,
Но если мною выстрелить из пушки,
Опоры нет - ты хоть кричи, хоть вой...
Моя вина, что в пушке влажный порох:
Привычка прятать слёзы - вот она! -
Тут прячь-не прячь, а высохнет не скоро!
И плачь иль смейся, а моя вина.

24 июня

Найти человека - на вечность родного,
Роднее - ни в яви, ни в сонном, ни в дальнем.
А слов... Не найдёшь подходящего слова
Так сразу про это. Да мы и не станем.

Нашлись. После долгих тяжёлых исканий -
Полгода в ужасной с любовью разлуке!
Но вот они - мамины губы и руки,
И больше не будет до них расстоянья.
Нездешнею мудростью в детских глазёнках
Любовь - отражение самое-самое...
Пускай будет счастлив прекрасный ребёнок!
Пускай будут счастливы папа и мама!

22 июня

Отголоском, рубцом она
Навсегда,
Насколько памяти хватит:
Люди проснулись в своих кроватях
Оттого, что пришла война.
И потом уже не считали,
Сколько часов они не доспали,
Сколько хлеба они не доели,
Сколько...
Да что же мы в самом деле
Считаем?
Горек безликий счёт,
Скольких - недосчитались ещё?..

Просто девочки в тонких платьях
Провожали...
Ждали -
Тех, кого больше не видеть...
А потом в подушку шептали проклятья,
Научившиеся ненавидеть...
А кто-то, дождавшись, постиг сполна,
Что... продолжается война,
Что жить ещё рано,
Что - раны! Раны,
И их лечить и лечить ещё,
Столько, сколько нужно, без счёта...

Проще, быть может, не помнить, не знать
Этой боли, этих увечий.
Но по-другому - не по-человечьи.
Отголоском, рубцом она
Навсегда, сколько памяти хватит,
Вырывающая из кроватей,
Из семей, из жизни - война.

17 июня

А всего-то беды:
Непрочитаны в детстве те сказки,
Без которых так трудно
Потом и так пусто,
Будто стёрты следы
В царство света и ласки,
И оборваны струны,
И пальцы - до хруста...
А всего-то беды:
Без опоры как воры,
Ни о чём разговоры,
Вместо музыки - счёт.
И предъявят ещё
Счёт другой - но не скоро.
А пока - ерунды
Не болтать, и - почёт!
А сама то беда:
Не почуяв подвоха,
Люди в небо хотят,
А бросаются - в яму.
И... недолго летят,
Да и то - иногда...
Это... даже не плохо.
Это - личная драма.

14 июня

Заблудился в себе как в дремучем лесу:
В своей нежности, слабости, силе -
Я на подвиг готов! Я Принцессу спасу!
Но меня... ни о чём не просили.
Я б её не будил, я б унёс на руках
Из волшебного замка, из плена!
Но Принцесса не спит. И неведом ей страх.
И ей нравится в замковых стенах!
Не вести против воли Принцессу на свет.
Бесполезны с монархами споры.
И блуждаю во тьме, будто выхода нет
Из подземных глухих коридоров.

А за стенами замка резвится зверьё,
И качается небо ночное...
Что ж! Блуждать, так блуждать! Хочешь сердце моё
Сжать в руках? Да не бойся! - ручное...

13 июня

Пьёшь и пьёшь, и не можешь напиться!
Не пускает тоска непростая:
Хоть вокруг - бесконечные лица,
Одного - всё равно не хватает -
Одного, что всех прочих дороже...
Пьёшь и пьёшь, и напиться не можешь...

12 июня

Сколоть ненужное.
Но не перестараться,
Не выплеснуть с водою и ребёнка,
Как будто единицу из тринадцать
Отнять - затёрши краску на иконке,
Как будто единица из тринадцать
Не вычеркнута - кто чиркать посмеет?
Кто застрахован, чтоб не ошибаться?
Поверить в безошибочность - страшнее.
Мои ошибки - неразмытым следом,
Пусть ровным не вполне, несовершенным.
Но путь другой - он мною не изведан,
Кто знает, что там: пропасть? или стены?
Или тропа гладка, ровна, красива?..
Но я уже иду - своей дорогой.
И чтоб потом её назвать счастливой,
Ещё мне надо сделать очень много.

Сколоть ненужное. Но не перестараться.
Мы падаем порою - не на плаце,
Не маршируем, это ж не парады,
А жизнь. А в жизни - надо улыбаться,
И плакать тоже иногда нам надо.

10 июня

Моё зеркало зверь поцарапал,
Проведя по нему своей лапой,
Жёстким когтем сродни стеклорезу.
И морщин в отраженьи нарезал.
Вот смотрю: в отраженьи морщины
Без, казалось бы, веской причины.
Но причина одна, как и встарь -
Календарь. Отрывной календарь.
Может быть, я себя пожалею
И листочки обратно приклею?
Только где же найти этот клей?
А без клея - жалей-не жалей...

Только смелый и сильный мужчина
Почему-то не видит морщины.
Зверь мне все зеркала исцарапал,
Но его - не посмел тронуть лапой,
Так что в зеркале глаз так и нет
Ни морщин, ни изъянов, ни бед.
Ведь волшебное зеркало это
Отражает лишь доброе, светлое,
И глядеться в него! И глядеться,
Будто только что вышла из детства!..

Зеркала исцарапали звери?
Я царапкам на стёклах не верю!
Зверь трусливый когтистою лапой
Взгляд и сердце не смеет царапать,
А когда ты стоишь со мной рядом,
Мне других отражений - не надо...

9 июня


Никуда не спрятаться, не деться -
Кто-то будто надо мной смеётся:
Взглянешь - расцарапанное сердце;
А не взглянешь - как на дне колодца.
Бесполезно зажимать руками
Уши и глаза. Зажмёшь - и что же? -
Входит боль в дыхание рывками,
Иглами вонзается под кожу -
Боль из необъятного далёко
Пузырится внутривенным ядом,
Мечется в агонии жестоко
Разрывным осколочным снарядом.

Но любовь - огромной сильной птицей
Налетает на осколки боли,
Клювом в порошок дробит частицы
И пускает по ветру на волю.
Кажется со стороны: играет, -
Песню-то услышите не сразу! -
Но она - дробит и собирает:
Боль - на фразы, и из боли - фразы.

Солнце. Ярко! Слёзы на ресницах...
В небо долгий взгляд с упрямством странным:
Там летит величественно птица,
Песней закрывая в душах раны...

8 июня

Всё хорошо. И дыханье ещё раз коснулось
Кончиков перьев на крыльях Придворного Ворона.
Поступь чеканная. Это шаги караула,
Что охраняет покой королевский бессонно.
Спят Принц с Принцессой. Им снятся чудесные розы,
Мальчик и девочка, что их так долго растили...
Только тот сон вдруг тревожно уводит в морозы -
Что-то там было? Как водится, мы пропустили.

Поступь чеканная... Девочка снится Принцессе,
Хрупкая - хочется так одарить её щедро!
Только глаза приоткрой, и вы будете вместе,
Правда, недолго: за братом торопится Герда.
Здесь-то тепло во дворце, братец Кай - на морозе.
Как вызволять его? Кто, кроме сердца, подскажет?

...Жаль, что погибли во сне те прекрасные розы,
В жизни лишь сказочник ценит такие пропажи,
В жизни - черствее. Иль кажется лишь, что черствее?
Люди как будто поделены снова на касты:
Кто-то, играючи, в плен к Ледяной Королеве,
Кто-то - за ним босиком по холодному насту...

7 июня

Как умер старый дирижёр, никто не видел.
Оркестр играл... И дальше музыка звучала.
Упали руки? Так никто и не в обиде -
Устал наш добрый дирижёр. Уже бывало...
Уже бывало, что он замирал средь такта,
Уже бывало: зашалит больное сердце...
Так что ж! Ведь музыканты мы, нам хватит такта,
Уж как-нибудь и без него исполним скерцо.
Он нас учил играть, не столько в ноты глядя,
И уж, конечно, не на высохшие руки,
А так, чтоб музыка насквозь, не по тетради,
Чтоб всем оркестром растворяться в общем звуке.
Уже случалось нам доигрывать по чувствам,
Когда он будто застывал в тяжёлой думе...
Он научил нас так, что мы живём искусством,
Вот мы и жили им... А он... на сцене умер.

6 июня

Сонет про отклики в ответ sanum на добрые слова в адрес наших диалогов с aucubagold.

Мы разные. Но тесно сплетены,
Хотя и на огромном расстояньи.
Мы близкие, хотя разнесены
И в восприятии, и в пониманьи.
И мир в своем многообразьи очень тесен,
Раз люди, не развязывая глаз,
Друг другу дарят столько новых песен,
И узнают - себя - в который раз.

Упадок сил и головокруженье.
Но вдруг, как солнца лучик, преломлённый,
Приходит отклик чудным отраженьем.
И человек - воспрявший, обновлённый,
Согретый чьим-то сердцем, и дыханьем,
И не своими близкими словами.

3 июня

Разбитое сложить - никто не сможет,
А сможет - толку? Нет ему доверья.
Готовы люди вылезти из кожи,
Чтоб вспять, но ведь потеря есть потеря.
И черепки не назовём мы целым,
Пусть их и сложит воедино мастер,
Но это как рисунок мягким мелом -
Размоет и раздует в одночасье.
И если мы хотим не потеряться,
Один лишь путь: за круг гончарный снова.
Не черепки воссоздавать пытаться,
А новое - из глины и из слова.

3 июня

Не ответ aucubagold, а только размышления про себя, вызванные её стихотворением, подаренным на предыдущий подзамочный пост.

Молчание - золото? В пышных словах
Молчания больше, чем в глаз немоте.
О чём говорили? Да всё о делах,
Себя посвятив речевой пустоте.
Молчание вечер в нас с силой метал,
Но каждый остался вполне невредим...

Рассвет миновал. И остался металл,
Уж золото или свинец - поглядим.
В металл переплавить отсутствие слов!
Прогресс предвещает живому конец:
Как много ссечённых металлом голов,
Как много пронзённых металлом сердец!

А я как к врачу обращаюсь к перу:
Вновь плавить металл, не в молчание, нет!
Словами лечить и бороться берусь.
Получится - значит, и мне будет свет.

А если не выйдет... Уже не спасти,
Металла молчанья не сдержит броня.
Нам с вами... Немножко ещё по пути,
А там - разойдёмся. Простите меня!

2 июня

Вот, вспоминается детское глупое баловство:
Не потому, что вдруг хочется пить, просто просится
Краешек льдинки, сосульки, несладкое лакомство
В руки... Лишь взрослые неодобрительно косятся.
Неодобрительно, с сдержанным, но осуждением:
Дети так часто болеют, так часто простужены!
Льдинку лизнуть - так нелепо моё преступление,
Но преступать, хоть нелепо, бывает, что нужно...
Завтра сижу - шарф кусачий до носа замотанный,
Холодно, горло дерёт... Но совсем мне не грустно,
И улыбаюсь я счастливо и беззаботно:
Ну, поболею, зато это было так вкусно!

31 мая

Весна стремительно уходит в лето,
Лишь на щеках блестят дорожки слез,
Ведь все вопросы - снова без ответа,
А главное - как будто не всерьёз.
Как будто не всерьёз что занимало,
И что так полно внесено в итог.
Весны опять нам выпало так мало,
А лета... меньше и того...
Поток
Бежит ручьями в лето. И в потоке
Мы, будто неумелые пловцы:
Несёт - плывём. Уходят люди, сроки...
А мы лишь сводим счёты и концы
С концами. Вот сведём и... в осень прямо...
Ты не грусти! Такая се-ля-ви!
Живи себе спокойно и упрямо,
Люби, гори, карабкайся... живи...

29 мая

Роман. Служебный. Односторонний.
Золушка, тоже! А он - в короне,
Монарх - человек обаятельный.
Вот только излишне внимательный...
Роман. Служебный. Односторонний.
Надежда: он меня не тронет,
Ему - только слова и нужны,
Куда он денется от жены?
Для него так важна его семья!
И он знает, что несвободна я -
Двусмысленностей не нужно!
Он - говорит о дружбе,
Всё честно!
По-человечески...
Конечно, с ним интересно.
И забота его - отеческая...

Но незнакомая усталость.
Всё так невинно начиналось!
И как на сцене театральной:
..."Вас вызывает Генеральный!"
Как не пойти? Никак! Нельзя!

- Я только шучу! Ведь мы друзья!
Только друзья! Ничего кроме!

И - подарок на ладони.
Недорогой. Нельзя не взять.
С высоким начальником - друзья...

Друзья?!
Рабоче, сугубо
Трогают щёку губы...

- Я не хочу!!
- Прости, виноват!
Знаешь же, я - счастливо женат,
И ты мне - ну будто дочка!..

Скорее поставить точку.
- Мне надо работать, простите...
(Пожалуйста, отпустите!!!)

Роман. Служебный. Односторонний.
Золушка, тоже! А он - в короне,
И в царском его внимании
Золушка как в капкане...

И я... Поверьте, теперь я знаю,
Как Золушки башмачки теряют
В бегстве из дворца!
Ведь они своего лица
От принцев - не скрывают!
А вот от их отца...
Обращаются в бегство.
(Как будто вернулась в детство!)

И на ступеньках - след хрустальный...

..."Вас вызывает Генеральный!"

28 мая

(с благодарностью aucubagold, вступившей в стихо-диалог)

А мы в детях - себя повторяем?
Нам кажется, это мы - покоряем
Все вершины юного мира
В рамках каморки... или квартиры.
А потом вдруг наша детка
Ошибается! И нередко
Так ошибается, что волосы дыбом!
И... кому говорить спасибо?

Так вот же он, рубанок, которым
Тесали брёвнышко, готовив в школу,
С любовью тесали... Казалось, гладко,
Но вот занозит... Непорядок!
Сами виновны! Какие вопросы? -
Позор на наши седые волосы...
Нет, я теперь не перестану,
Думать, что выбрал плохой рубанок,
Что сам - недостаточно гладил спину
Им любимому Буратино...
Хотел пройтись наждачкой... нулевкой -
Чтобы не больно, чтобы ловко,
Но нулевки под руку не подвернулось,
Решил: потом!.. Вон как повернулось!

Бедный мой мальчик! Прости старика!
Это меня подвела рука!
Я виноват! Я стругал снаружи,
А надо то было - ум и душу...
И разве рубанок здесь поможет?
Надо же - глубже, чем под кожу,
И где же взять инструменты - эти?!
Ведь страдают - любимые дети!..

27 мая

Создать человека.
Во внешнем
Безукоризненно.
Только добавит ли это
Жизни?
Нет, конечно...

Обтёсываю.
Вся комната в стружках.
А вопросы -
Проходят насквозь, в душу,
Вопросы...

Их полируй или не полируй,
Летят стружками по ветру.
Такая отчаянная картина!
Одна надежда: в заключении
Появится мальчик Буратино -
Старости утешение и развлечение.
Но разве я ищу развлечений?
Приключений воочию?
Какое, собственно имеет значение
То, чего хочу - я?

...Мальчик. Ребёнок. Мужчина.
И за вопросом вопрос...
Вот и теперь: почему такой длинный
Выструган нос?

25 мая

Скажите, а вот Вы бы
Хотели б - другой выбор?
И там, где Вам - нет места,
Нести... какой-то крест? А?

Лишить альтернативы...
Какая перспектива!
Так проще? Несомненно!
...Пока не вздуты вены.

Желанья наши тонки
Как крыльев перепонки,
А ведь несут, как крылья,
Переборов бессилье!

Считать ли нам потери?
Душа - как кровь в артериях -
Течёт легко и пенно...
Но есть ещё и вены.

А в венах кровь синеет,
Усталость льется с нею...
Так и усталым душам
Порою в венах - лучше.

23 мая

Просто? Непросто?
Это только болезни роста!
Там, где горят, пылают, светят,
Не возникают вопросы эти...
Больно? Не больно?
Тут выберем произвольно,
Ибо выбор в любом случае
Слеп: кто знает, как оно лучше?
...Надо? Не надо?
Вот тут - запросишь пощады,
Только безо всякого толка -
Из надо не выскочить в самоволку.
Воля? Не воля?
И это - чистое поле.
Выберешь волю - будет вволю.
Насилье? - такая твоя доля.

А в книге судеб запись - чек:
Выбрал Это человек,
Человек - не какая-то рыба.
Воля - выбор. Или - не выбор.

22 мая

Контуры. Контуры, очертания -
Точно переданы. Внимание
Спрыгнуло со ступенек,
Уступило ступеньки лени -
Кто бы подумал, как вниз по перилам
Ему съезжать понравится! Силы
Не тратя на обуздание грешного:
Без прорисовки деталей, поспешного.
Или просто аккуратности
Не хватает для многократности...

Вниз по перилам съехать хочется!
А внизу уже ждёт одиночество.
А внизу уже ждёт апатия.
Вот ещё! С какой это стати?!
И вверх скорей по ступенькам высоким
Карабкаюсь. Так и рождаются строки:
Буковка к букве - и вверх, ввысь,
Зарубкою в памяти становись...

А когда пойму, что совсем не до смеха...
Вновь: на перила и вниз съехать.

20 мая

Тело отзывается на прикосновение,
Как струны музыкального инструмента.
И кажется, что не имеет значения
Выбор места действия и момента.
Кажется! Только кажется!
В этом и мастерство таится,
Чтобы не просто, как лягут пальцы,
А где и когда выпустить птиц,
Чтобы несли на своих крыльях,
Чтобы песни петь и свистеть...
Эти пальцы птиц к вам впустили
В души, чтоб вам - лететь.